Когда мы с девочкой Леной начали преподавать линди хоп, Ишимов написал в анонсе, что мы танцуем квинтэссенцию свинга. Тогда это было просто буги и линди, сейчас я обычно смешиваю ещё и бальбоа, Каролина шэг и вкс.

Тогда была отдельная категория Slow Lindy, в которой мы были молодцы. Сейчас это стали называть блюзом, а линди танцуют в основном быстро, но мне всё так же нравятся неспешные мидлы.

Однажды Федя пошутил, что танцевать линди дольше 5 лет – это уже клиника, поэтому он переключается на сальсу, хотя свою клинику и не отрицает. Я же просто переключаюсь с одного свинга на другой, что тоже, пожалуй, клиника.

За 20 лет я никогда не танцевал какой-то конкретный стиль, а смешивал и взбалтывал их все, которые мог. Я всегда преподавал то, что сам танцую, просто называл это то буги, то линди, какое-то время назад, я решил объединить группы в одну, но так и не придумал, как назвать то, что мы там танцуем.

Дин Коллинз говорил there’s no styles – there’s only swing. Значит, я просто танцую свинг…

Как-то мне позвонили из ивент агенства и попросили провести мастер класс для аниматоров.

Это был день рождения какого-то юриста с характерной фамилией – Раппопорт. Праздновалось оно в кафе Ветерок на Рублевке — похоже на фильм Брилиантовая рука.

Среди приглашенных музыкантов были Лещенко, Пьеха, Градский, Леонидов, Гурченко, Хиль. Из Всех только последний пел живьем и очень круто, хоть и был старше всех. В общем, торжество было с диким размахом.

С аниматорами мне повело, это был какой-то современный балет, и бальники хорошего уровня. С тем, как и чего, плясать разобрались быстро, дальше пришлось ждать выхода и делать вид, что мы заняты. Их, правда, еще заставили гостей встречать, на крылечке, на жаре. А потом они часа два плясали, под Максима Леонидова, который не попадал в ноты.

На время выступления некоторых стариков на сцене попросили посидеть Блохина, который потом рассказывал, как ему противна Гурченко и в каком он восторге от Пьехи. Я собственно их вовсе путаю. Зато Эдуард Хиль поразил тем, что пел как на папиной пластинке – с той же силой в голосе и с тем же драйвом.

У меня избирательная амнезия, например, я помню какие-то факты по истории танцев весь год, кроме того дня, в который это произошло. Про свой 20 летний юбилей в танцах я тоже благополучно забыл.

10 лет назад в начале лета 2009 я переехал со своей группой по буги из ДК ГУВД в новый зал. Потом мы с Ксюшей перевели и линди группы из Пречистинских ворот.

С августа 2009 я преподаю в студии Вита.

Ровно столько я преподаю в этом уютном зале на Новокузнецкой. Это почти половина того времени, что я занимаюсь танцами. Список людей, приходивших на мои уроки в студии Вита – несколько тысяч.

В нашем зале сделали ремонт – он стал светлее, ламповее и лофтовее.

Поэтому празднование мы перенесли на осень (совместная работа началась в мае 2009), чтобы совместить юбилей с новосельем. На самом деле я просто забыл, но нас ждет еще 10 Новогодняя вечеринка.

Если не считать повода, это обычная домашняя вечеринка у меня. Небольшой фуршет, диджей Шафл с подборкой бегиннерс френдли свинга и блюза.

Если не забыть сменную обувь, в которой удобно танцевать, хорошее настроение не забывать не обязательно, оно само придет как начнёшь танцевать.

В Ярославле на мастерклассах Хассе и Мари (в 2002) я не собирался брать уроки, просто зашел посмотреть.

Там был нанятый переводчик, который пытался переводить слово «Kick» как удар ногой, а на слове «bounce» он начал перезагружаться.

Хассе и Мари уже научились делать паузы для перевода и каждый раз смотрели на меня, поскольку вчера в Москве переводил я, а когда мальчик-переводчик говорил, что-то типа: “не делайте вот так, лучше вот так” и сам пытался что-то показывать. У всех случилась паника.

Я пробовал подсказывать, но в итоге он свалил. И до конца ивента я так и остался переводчиком.

Вообще забавная штука, переводить танцоров сложно потому что нет глоссария.

В 2008 году примерно за месяц до премьеры фильма Стиляги в ГУМе была презентация для прокатчиков. Организаторы этого безобразия хотели пригласить танцоров. Видимо, в целях экономии они решили набрать просто аниматоров, и попробовать их научить танцевать. Они позвонили Ишимову, он дал им мой номер.

Поскольку я сказал, что научить людей танцевать за час не возможно, они согласились пригласить две пары уже умеющие танцевать (нас с Мурашкой и Сережу Кофтуненко с Мариной Голосовой), а с остальными попробовать хоть что-то сделать. Меня заверили, что аниматоры будут студенты ВГИКа, я решил, что с этими как-нибудь разберемся, просто сделают вид, что умеют – артисты же.

Накануне мы приехали на Мосфильм, где нам подобрали костюмы, из тех, которые снимали в фильме.

Мосфильм это целый город с трудом отыскал нужное здание на территории, на двери нужной комнаты висела табличка «Буги на костях» — рабочее название фильма. Вся комната была под потолок завешана костюмами, рубашками, платьями. Вдоль стен лежали горы мешков со всякими шарфиками, носками и прочей мелочью. А обувь ровным слоем лежала на полу. Две тетеньки бодро бегали в этом хаосе, а художник по костюмам сидел в углу на стуле и командовал, кому что надевать. Мне достался ношеный клетчатый пиджак цвета истеричной канарейки, сиреневые брюки дудочки с мылом, непонятного цвета рубашка и синий галстук селедка. Глядя в зеркало, я себя успокаивал тем, что мне за это платят.

У аниматоров, реакция была еще более резкая. Девочки ворчали, что в пышной юбке слишком большая попа. Но когда уже на ивенте всех одели, причесали и загримировали, оказалось, что каждый в отдельности выглядят ужасно, колхозно и безвкусно, а вся эта яркая толпа скорее завораживала. А люди в нормальной одежде выглядели как-то не правильно. Уходя домой мальчики не стали расчесывать “кок”, а барышни не смывали макияж, хотя в начале и ругали его, что он слишком яркий, и платья снимать не хотели.

Рано утром в день ивента, из дверей ГУМа вышла барышня и спросила: “Вы Дмитрий? Вы наш Хореограф? Пойдемте”. Мы зашли в гримерку, она спросила: “Кто учится во ВГИКе?” — Молчание было ей ответом. Оказалось, что аниматоров подбирало другое агентство, которое занимается набором раздолбаев за три копейки, которым при этом кажется, что они смогут прикоснуться к великому чему-то – к кино. Отступать было некогда, всех 30 человек загнали в зал, и мы там что-то пытались изобразить. В итоге даже получилось лучше, чем я думал.

После очередного выступления своей шоу группы услышал интересный комплимент от давней знакомой и учителя. Она сказала, что я хорошо прокачал хореографические навыки, и добавила:

Смотришь – вроде бы ничего особенного… Но сколько там изюма!

В 1997 никто не знал, что можно выиграть медальку не перетанцевав при этом Чемпиона: классов разных не было на соревнованиях, для совсем начинающих проводили отдельные соревнования в пустом зале, давайте честно, на начинающих далеко не всем интересно смотреть, кроме их близких и преподов заинтересованных в развитии тусовочки.

Когда я только переехал в Москву уже стали появляться деления на классы и категории. девочке Лене приспичило выступить со мной на таких вот соревнованиях. Она сказала, что уговорит Ишимова, к этому времени они с Подругой Ксюшей уже не стеснялись курить в его присутствии.

— Ну, танцуйте, что уж… — сказал Вова, когда она разбудила его в курилке.

Но тут Лена решила, что надо чистить карму, и выступить с чуваком, которого в ротации на занятии барышни старались как-нибудь пропустить. Часто в начинающих один партнер танцует с несколькими барышнями, а тут наоборот вышло.

С Юрой никто особенно не рвался танцевать, хоть он и предлагал всем. В общем, Девочка Лена качественно почистила карму и мы заняли второе место, про занявших первое – надо рассказать отдельно.